О мысленном и реальном различии - 1 (Постановка проблемы)

 
Как известно, в истории Церкви не раз – в контексте тех или иных догматических споров – поднимался вопрос о мысленном или реальном различии: Сына от Отца, Божества от человечества во Христе, Божественной сущности от Божественной энергии и т. д. Однако, если, на первый взгляд, противопоставление "мысленное" – "реальное", кажется вполне понятным и оправданным, то при чуть более критическом подходе возникает вопрос: а какой именно смысл вкладывался в эти термины?

Ведь сама альтернатива: "мысленно или реально?" - задаваемая, как строгая дизъюнкция, подразумевает, что если отличие мысленное, то оно не реальное, а если реальное, то не мысленное (точнее - не только мысленное). Но разве существует такое "мысленное различие", которое никак не соотносилось бы с реальностью?*

Иначе говоря, высказывание, утверждающее, что А отличается от В, либо адекватно описывает реальность, либо неадекватно. Т. е. является либо истинным, либо ложным.** Поэтому "мысленное различие", которому не соответствует никакое "реальное различие" – это различие фиктивное, несуществующее.

Но в таком случае и сама постановка вопроса о реальности или мысленности различия становится некорректной. Поскольку вопрос: "каково различие?" – на самом деле оказывается вопросом: "а есть ли оно вообще?".

Таким образом, отождествление "мысленного" с гносеологическим, а "реального" с онтологическим, делает в принципе невозможной строгую дизъюнкцию, члены которой, по определению, должны не взаимопредполагать, а взаимоисключать друг друга.

Следовательно, нужно или признать, что сама постановка вопроса – бессмысленна, или обнаружить ошибку в вышеприведенных рассуждениях, или искать какую-то иную интерпретацию "мысленного" и "реального". Может быть, в святоотеческой литературе есть какие-то пояснения на этот счет?

------------------------------------------------

* Разве что различие между какими-нибудь вымышленными предметами, существами, персонажам: например, вечным двигателем и машиной времени, кентавром и минотавром, Пьером Безуховым и Андреем Болконским. Хотя и в этом случае различие будет вполне реальным, если рассматривать эти объекты, как мысленные, т. е. в плане реальности самой мысли. Вот только к догматическим проблемам это уже не имеет никакого отношения.

** И даже утверждение "кентавр отличается от минотавра" окажется истинным, если мы будем осознавать, что речь идет о вымышленных существах.